Сделать стартовойСделать закладку
Интересные материалы

Парапсихология:От слова в гневе

Боевые искусства:Бусидо Одним из следствий образования сословия воинов было формирование специфического мировоззрения военно-служилого дворянства - БУСИДО - неписанного кодекса поведения самурая в феодальном обществе, пердствалявшего собой свод правил и норм "истинного и идеального воина".

Боевые искусства:Ёрои кумиути Изобретение ёрои кумиути приписывается Сакаэда Мурамаро, аристократу эпохи Нара, но в действительности это искусство старо, как сама история войн.

Теософия и эзотерика:Четверг, 17 августа 1961 года. Я рассказал дону Хуану, что я чувствую по поводу моего опыта. С точки зрения той работы, которую я планировал, это было катастрофическое событие

Философия:Неореализм Неореализм, одно из направлений современной буржуазной философии. На формирование Неореализма оказала влияние шотландская школа, а также идеи Ф. Брентано, А. Мейнонга, Э. Маха (Австрия) и раннего Б. Рассела (Великобритания).

:· Что есть философия?
:· История философии
:· Философия и наука
:· Теория познания
:· Феншуй
:· Философия религии
:· Философия истории
:· Политическая философия
:· Русская философия
:· Философы
:· Философия Америки
:· Афоризмы
:· Литература
:· Организации и люди
:· Гостевая
Философия / История философии / Классическая философия / Диалектика после Гегеля / 


Диалектика после Гегеля


Что касается первого момента, то мы должны помнить, что Гегель был одним из изобретателей исторического метода - основателем целой школы мыслителей, которые считали, что описание истории развития является его причинным объяснением. Они были убеждены, например, что можно объяснить определенные социальные институты, если показать, каким образом они медленно вырабатывались человечеством. В наши дни часто признают, что значение исторического метода для социальной теории было значительно завышено, однако вера в этот метод никоим образом не иссякла. Я пытался критически проанализировать данный метод в другом месте (специально посвятив ему свою книгу 'Нищета историцизма'). Здесь же я хотел бы подчеркнуть, что Марксова социология заимствовала у Гегеля не только ту мысль, что метод социологии должен быть историческим и что социология, так же как история, должна стать теорией социального развития, но и тезис о необходимости объяснять это развитие в диалектических терминах. Для Гегеля история была историей идей. Маркс отбросил идеализм, но сохранил гегелевское учение, согласно которому движущими силами исторического развития являются диалектические 'противоречия', 'отрицания' и 'отрицания отрицаний'. В данном отношении Маркс и Энгельс шли за Гегелем след в след, и это можно доказать текстуально. Гегель в 'Энциклопедии философских наук' (часть 1 гл. VI) описывает диалектику как 'универсальную и неотразимую мощь, пред которой ничто не может устоять, сколь бы надежным и стабильным оно себя ни мнило'. В этом же духе пишет и Энгельс ('Анти-Дюринг', часть 1, 'Диалектика: отрицание отрицания'): 'Итак, что же такое отрицание отрицания? Чрезвычайно общий... закон развития природы, истории и мышления, закон, который... имеет силу в животном и растительном царстве, в геологии, математике, истории и философии'.

По Марксу, главная задача социологии - показать, как диалектические силы действуют в истории, и таким образом предсказать ход истории; или, как он говорит в предисловии к 'Капиталу', 'конечная цель моего труда состоит в том, чтобы раскрыть экономический закон движения современного общества'. И этот диалектический закон движения, отрицание отрицания, лежит в основе Марксова пророчества о неминуемом конце капитализма ('Капитал', I гл. XXIV): 'Капиталистический способ производства... есть первое отрицание... Но капитализм, с неумолимостью закона Природы, порождает свое собственное отрицание. Это есть отрицание отрицания'.

Пророчество, конечно же, не должно быть обязательно ненаучным, о чем свидетельствуют предсказания затмений и других астрономических событий. Однако гегелевская диалектика, включая ee материалистическую версию, не может служить надежным основанием для научных прогнозов. ('Но все предсказания Маркса оказались правильными', - обычно отвечают марксисты. Отнюдь нет. Из множества примеров возьмем только один. В 'Капитале' сразу же после процитированного отрывка Маркс сказал, что процесс перехода от капитализма к социализму естественно будет несравненно менее 'затяжным, насильственным и трудным', чем промышленная революция, и в примечании подкрепил свой прогноз, сославшись на 'нерешительную и не оказывающую сопротивления буржуазию'. Мало кто из современных нам марксистов решится сказать, что эти предсказания были удачными.) Таким образом, основывающиеся на диалектике прогнозы иногда будут правильными, а иногда - неправильными. В последнем случае, очевидно, возникает непредвиденная ситуация. Однако диалектика настолько расплывчата и растяжима, что может истолковать и разъяснить эту непредвиденную ситуацию так же замечательно, как и ту ситуацию, которая была предсказана ею, однако так и не осуществилась. Любое развитие можно подогнать под диалектическую схему, и диалектик может не опасаться опровержения будущим опытом[13]. Как уже упоминалось, ошибочен не просто диалектический подход, ошибочна сама мысль о теории исторического развития, - представление, согласно которому целью научной социологии являются крупномасштабные исторические прогнозы. Однако в данной статье мы не рассматриваем эту тему подробно.

Кроме той роли, какую играет диалектика в историческом методе Маркса, необходимо вспомнить и о его антидогматической установке. Маркс и Энгельс настойчиво утверждали, что науку не следует интерпретировать как массив, состоящий из окончательного и устоявшегося знания или из 'вечных истин', но надо рассматривать ее как нечто развивающееся, прогрессирующее. Ученый - это не тот человек, который много знает, а тот, кто полон решимости не оставлять поиска истины. Научные системы развиваются, причем развиваются, согласно Марксу, диалектически.

Против этой мысли, собственно, нечего возразить - хотя я лично думаю, что диалектическое описание развития науки не всегда применимо без насилия над фактами и что лучше описывать развитие науки менее амбициозным и расплывчатым образом, например, в терминах теории проб и ошибок. Я готов допустить, впрочем, что это мое замечание не имеет большого значения. Реальность, однако, такова, что Марксов прогрессивный и антидогматический взгляд на науку на деле никогда не проводился ортодоксальными марксистами. Прогрессивная, антидогматическая наука критична, в критике - сама ее жизнь. Но марксисты никогда не отличались терпимостью к критике марксизма, диалектического материализма.

<<<НазадВперед>>>
Cтраницы :  1  2  3 

Рейтинг : 6071     Комментарии к статье
Copyright (c) RIN 2002- * Обратная связь