Часть первая. Встреча с Высоким страница 2 - Теософия и эзотерика

УЙМА ВРЕМЕНИ

Однако передохнем! Тогда было некогда, но сейчас есть время. Иные не поверят, что можно было очень многое сделать за тот временной промежуток - от момента, когда я увидел тех троих, до момента, когдах я расстался с ними: - не поверит, кто не испытывал этого сам. Я буду рассказывать об этой ситуации подробно для тех, кому случается иногда играть в подобные игрушки: мы друг друга будем понимать, а иные могут - и не слушать! Только пусть и не ходят такими проходными дворами. Впрочем, рассказы эти научат ходить иными путями. Но - затем... Сейчас же нам надо выйти из этой ситуации...
И Зверь со мной в этом согласен. Он-то знает свое дело! Но мы должны действовать совместно и очень быстро. И правильно...
- 'Думай!' - говорит он мне, и я думаю. Ум, наверное, для того, чтобы думать за другого. Не так ли? Потому что, если я сейчас не буду думать за тех ребят, - мне не придется думать уже и за себя.
Ситуация представляется в крутом варианте! Почему расположены они именно так? Поставить себя на их место, разгадать замысел - значит развязать узел... Не какую-нибудь там абстрактную веревку - на своей собственной шее. Наверное, это мой Зверь чувствует получше меня, потому что докладывает, что пройдено четырнадцать шагов - это полный цикл дыхания и один вдох следующего; он предупреждает, что осталось ровно столько же - и на вдохе надо выйти на линию атаки той 'спины'.
Четырнадцать шагов - это уйма времени! - для тех, кто долго тренировался... Зверь меня погладил, сказал, чтобы был еще спокойнее. Заметьте: не я его - он меня гладит! Такова ситуация.
Надо быть очень и очень расслабленным - чтобы в один прекрасный миг стать очень и очень твердым. Как алмаз. Этому и учит спецкомплекс Алмазный ци-гун - я выполнял его до восьми раз в сутки - это дисциплинирует не только тело, но и дух. Да, это комплекс - дух, тело и сейчас мы действуем в комплексе: я Сам - и мой Зверь! Только не надо слишком комплексовать - у нас же уйма времени, как сказал мой Зверь, - и я читаю ему стихи:

В пространстве каратейных молний
Есть время-боль и бремя силы,
И зрелы близких ожиданий!
Как есть в среде централа шторма -
Мгновелы крайновых смертей...

Я всегда непонимающе относился к стихам: 'сю-сю!' - и поэтому поэтов считаю большими чудаками; среди них, по-моему, многие бывают 'чмо' - то есть меняют 'ч' на 'м' в своем 'чудачестве'. Но те стихи написал не поэт - но наш человек. Потому что, как зреет время смерти, знает только наш человек! А то, что... слова там не из словаря, - так ведь и удары боевые - не из книжек. Никакой словарь не научит разговаривать со Смертью!
Признаться, это я сейчас так долго красуюсь перед вами, как на конкурсе красоты, - а тогда не было лишнего времени, и те трое были иными судьями.