Сделать стартовойСделать закладку
Интересные материалы

Непознанное:Мостовая Гигантов Любая горячая жидкость сжимается по мере остывания, и лава не исключение. Когда лава, наконец, достигает температуры кристаллизации, возникающие трещины раскалывают массив на правильные, обычно шестигранные фигуры, подобно трещинам, образующимся на илистом дне пересыхающего в летнюю жару пруда

Парапсихология:Как улучшить свое настроение

Философия:Лингвистическая философия Лингвистическая философия-направление аналитической философии. Возникло в 1930-х гг. и получило развитие в Великобритании (Г. Райл, Дж. Остин, Дж. Уисдом, М. Макдональд и др.). Известное влияние имеет также в США (М. Блэк, Н. Малькольм и др.), в Австралии и в скандинавских странах.

Философия:Философия Нидерландов До конца 16 - начала 17 вв.- времени выделения собственно Нидерландов в самостоятельное государство голландская философия, как и вся наука и культура Нидерланды, была составной частью общенидерландской. В числе видных представителей этой общенидерландской философии были в 14-15 вв. Гертде Гроте, Фома Кемпийский, выступавшие против схоластицизма с позиций пантеистической мистики.

:· Что есть философия?
:· История философии
:· Философия и наука
:· Теория познания
:· Феншуй
:· Философия религии
:· Философия истории
:· Политическая философия
:· Русская философия
:· Философы
:· Философия Америки
:· Афоризмы
:· Литература
:· Организации и люди
:· Гостевая
Философия / История философии / Древний Восток / Китай / Конфуцианство / 


Конфуцианство


Этот тезис требует обоснования еще с одной стороны. Целый ряд ученых утверждает, что Конфуций был, по существу, религиозным мыслителем. Так, Л.Вандемерш пишет: 'В дао Конфуция просвечивает божество, личное, даже если оно стало анонимным'. Этого же мнения придерживается Ф.С.Быков, замечающий, что 'представления Конфуция, по существу, основаны на вере в "небо" и в "духов"'. В какой мере правилен этот взгляд? Исследование 'Лунь-юй' показывает, что Конфуций отнюдь не был атеистом. Небо ( тянъ) трактовалось им как божество, в той или иной мере направляющее земные дела. Это ярче всего проявилось в момент смертельной опасности, когда, будучи окружен враждебными жителями царства Куан, Конфуций воскликнул: 'Разве после смерти Вэнь-вана культура (вэнь) тоже погибла? Если бы небо в самом деле хотело, чтобы культура погибла, оно не дало бы мне, позднорожденному смертному, к ней причаститься. Если же небо не хочет погубить культуру, что могут мне сделать куанцы?'.

Но если на краю гибели Конфуций обращается к небу как к единственной своей надежде, то в обычной обстановке, в разговорах с учениками и с друзьями, он не упоминает ни о небе, ни о духах, не сулит загробного воздаяния добродетельным и не пугает посмертными муками негуманных и злых. И когда собеседник пытается втянуть его в разговор на эти темы, задав вопрос, как служить духам и что он думает о смерти, Конфуций, отвечает: 'Не научившись еще служить людям, можно ли служить духам? Не зная как следует жизни, можно ли знать смерть?'. Проповедь Конфуция была направлена на то, чтобы облагородить, сделать более достойной повседневную жизнь человека, и, хотя он одобрял соблюдение религиозного (как и иного) ритуала, создается впечатление, что этот ритуал был для него, с одной стороны, символом добропорядочности, с другой - средством приобщения к традиции.

Наличие идеала цзюнь-цзы в рамках учения Конфуция подчас в литературе игнорируется, и вся характеристика конфуцианства строится лишь на основе идеала покорного подданного. Исходя из этого, конфуцианство и провозглашают идеологией деспотии. Линия рассуждения, связанная с идеалом цзюнь-цзы, заставляет внести серьезные коррективы в подобные оценки. Будучи гармоничной и самостоятельной личностью, цзюнь-цзы не должен выполнять любой приказ правителя. Напротив, он должен сопротивляться ему в тех случаях, когда находит его поведение безнравственным. Если наставления цзюнь-цзы не оказывают воздействия, если в государстве утверждается беспринципность и погоня за наживой, благородному человеку следует отказаться от службы, ибо не к лицу ему почести и богатства, полученные нечестным путем, и позорно думать о наживе в государстве, построенном на несправедливости.

Отрицательное отношение Конфуция к деспотизму сказалось в его словах, обращенных к правителю царства Лу, Дин-гуну. На вопрос правителя, есть ли такое изречение, которое может привести страну к процветанию, Конфуций ответил: 'Этого нельзя ожидать от одного изречения, но есть у людей пословица о том, что трудно быть государем и нелегко быть сановником. Если вы понимаете, как трудно быть государем, то вы близко подошли к тому, чтобы одним изречением сделать страну процветающей'. - 'А есть ли такое изречение, что может погубить страну?' - спросил Дин-гун. 'И этого нельзя ждать от одного изречения, - ответил Конфуций, - но есть изречение: "Не радуюсь тому, что государь, тому лишь радуюсь, что слова мне никто наперекор не скажет"... Если правитель поступает плохо и никто ему не противоречит, далеко ли отсюда до того, чтобы одно изречение погубило страну?'.

Конфуций специально подчеркивает нонконформизм цзюнь-цзы, утверждая, что цзюнь-цзы гармоничен, но не одинаков с другими. Китайский комментатор II в. до н.э. Чжэн Сюань, поясняя это изречение, писал: 'Сердце цзюнь-цзы гармонично, но взгляды его отличаются от других'. Тема автономности, независимости личности достойного и ученого человека нашла продолжение в некоторых позднейших конфуцианских сочинениях. Одно из них - входящий в 'Ли-цзи' небольшой трактат 'Поведение конфуцианца'. Пафос этого трактата состоит в самодостаточности благородного человека. Здесь говорится, например, что конфуцианец не считает драгоценностями золото и яшму, драгоценны для него лишь верность и справедливость. Если пытаться привлечь его богатством или развратить наслаждениями, то перед лицом всех выгод, которые ему предлагают, он ни на йоту не отходит от справедливости. 'Даже и тогда, когда власть в руках тирана, он не меняет своей позиции'.

То, что Конфуций требовал от цзюнь-цзы твердости и мужества, неожиданно подтверждается одним из антиконфуцианских произведений древнекитайской философии - даосским трактатом 'Чжуан-цзы'. Здесь излагается разговор между Конфуцием и его любимым учеником Янь Юанем. Объявляя Конфуцию о том, что хочет отправиться в царство Вэй, чтобы помочь народу, страдающему под властью деспота, Янь Юань говорит: 'Я слышал от вас слова: "Уходи из государства, где управляют хорошо, иди в государство, где беспорядок. Перед дверью врача много больных"'. Конфуций отговаривает Янь Юаня: во-первых, такое предприятие опасно, во-вторых, по мнению Конфуция, нужно не помогать людям, а стремиться стать настоящим мудрецом, способным отринуть от себя все людские заботы, достигающим просветления без знаний и взмывающим над землей без крыльев. Разумеется, Конфуций из трактата 'Чжуан-цзы' ничего общего с историческим Конфуцием не имеет.

Полемический прием, заключающийся в том, что провозвестникам соперничающей доктрины приписывается проповедь собственного учения, хорошо известен в истории общественной мысли. Таким же образом даосы впоследствии провозглашали Будду последователем Лао-цзы, а христиане говорили, что Платон и стоики были учениками Моисея. Но интереснее здесь другое. Хотя слова Янь Юаня, в которых в самом деле выражен раннеконфуцианский подход к социальной проблематике, приведены в даосском трактате лишь как повод для опровержения, все же этот древнекитайский Дон Кихот гораздо привлекательнее для современного читателя, нежели сверхчеловек, равнодушный к человеческим страданиям.

<<<НазадВперед>>>
Cтраницы :  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13 

Рейтинг : 18302     Комментарии к статье
Copyright (c) RIN 2002- * Обратная связь