Широко известный еще в нынешнем веке амулет против судорог - лапки крота, носимые в кармане. Если у вас судороги в руках, это должны быть передние лапки, если в ногах - задние. Если перепутать, то это не только не поможет против уже имеющегося недуга, но, хуже того, приведет к появлению судорог в тех конечностях, где их до сих пор не было, так что теперь они будут мучить вас во всех четырех. Другое средство против того же - на ночь привязывать или просто прикладывать к испытывающему судороги месту шкурку крота.
Лапки крота носят при себе также для профилактики ревматизма, а кое-где и против зубной боли. Уильям Хендерсон говорит, что в середине девятнадцатого века в Стаффордшире считалось, что этот амулет против зубной боли сработает только в том случае, если лапку отрезать, пока несчастное животное еще живо. К счастью, эта кошмарная идея теперь уже прекратила свое существование, но следы ее былой популярности наблюдаются не в одном только Стаффордшире.

Кровь только что убитого крота выводила бородавки, если ею, еще теплой, на них покапать. Попытки такого лечения, по всей видимости, успешные, предпринимались еще на памяти живущего поколения. Эмили Лэзер в 1912 году сообщает, что в Уибли тогда еще лечили жировики тем, что ловили крота, пускали ему кровь из носа и размазывали ее пальцем девять раз по распухшим местам. Крота отпускали с тем, чтобы он забрал жировик с собой. Другое столь же магическое средство против тех же шишек, использовавшееся в этом же месте в это же время, - привязать к припухлости две половинки мертвого крота, оставить их там на ночь, а утром закопать в землю. По мере их истлевания и жировик должен был сойти.

В некоторых регионах внезапное появление кротиных холмиков на участке, где их раньше не было, воспринимается как предсказание смерти кого-либо из членов семьи. Точно так же, если крот роет под прачечной, молочной или другой постройкой, используемой для домашней работы, это предвестие смерти хозяйки дома в течение года.

Один из авторов "Любителя древностей" ("The Antiquary", том XIV) записал, как ему как-то раз в линкольнширской деревне показали гусеницу бабочки "мертвая голова" и с полной серьезностью уверяли, что она в положенное для нее время превратится в крота.